Стефф заглянула в комнату-прачечную, где Синди складывала простыни.

— Это ты его надоумила?

— Кого надоумила, о чем ты?

Последний раз она видела Чарли, когда тот приставал к представителю фирмы, обслуживающей банкет, требуя дать ему что-то попробовать.

— Как будто ты не знаешь. Он хочет, чтобы ты пришла на банкет.

— Чарли?

— Не Чарли, а Хитч. Он сказал маме, что ты обещала ему танец.

И снова ее сердце перевернулось в груди.

— Ничего подобного. Я мечтаю принять ванну и почитать книжку.

— Ты могла бы появиться ненадолго без всяких танцев. Скажи ему, что у тебя болят ноги. При всей своей надменности Стефф умела быть по-своему великодушной.

— Они и вправду болят, но проблема не в этом.

Мне нечего надеть. Не думаю, что тетя Си будет довольна, если я появлюсь в джинсах и фантастической шляпе. — Синди улыбнулась, представив себе реакцию тетки. Тем не менее было приятно, что ее пригласили, хотя она и не собиралась воспользоваться этим приглашением.

— Я одолжу тебе платье, но ты сядь где-нибудь сбоку, будешь под рукой, если кому-то из нас что-нибудь понадобится.

Я слишком рано обрадовалась.

Если бы Стефф искренне хотела, чтобы она присутствовала на банкете, Синди, возможно, и пошла бы. Но столь явно неохотное запоздалое приглашение, сделанное под чьим-то нажимом…

— Спасибо, Стефф, но я воздержусь, если ты не возражаешь.

— О, ради бога. Но меньше всего мне хотелось бы, чтобы Хитч и мама насели на меня. Поэтому я все-таки, выберу какое-нибудь платье и оставлю его на своей кровати. Не спорь, у меня нет времени, и, кроме того, ты знаешь, какой бывает мама, когда дела идут не по ее плану.

О да, Синди прекрасно знала, какой бывает мама. Легче было согласиться и не спорить.