- Хуже, - ответил он, покачав головой. - От прессы. Она не дала сорваться первой пришедшей на ум колкости. Ее опыт общения с прессой ограничивался парой вежливых иностранных корреспондентов - друзей Фреда и несколькими музыкальными критиками, которые не были ничьими друзьями. Но потом она сообразила, что дело может обстоять иначе, если ты - чреватая сенсациями кинозвезда.

- Почему? - просто спросила она.

Майкл Слейн метнул в нее острый взгляд. Помолчав, он, видимо, решил, что ее простодушие искренне. Он пожал плечами.

- Вообще или в данном случае?

- Как хочешь, - ответила озадаченная Алексиc. - Или и то, и другое.

- Вообще - я кормлю первые полосы. Уличный мальчишка, сделавший состояние, но не совсем избавившийся от прежних замашек. Это вызывает у людей подлинный интерес, - сказал он с уничтожающей иронией. - В частности, когда я выпускаю новый фильм.

- А фильм уже вышел? Он покачал головой.

- Ни здесь, ни в Штатах. Нет, в данном случае | мы присутствуем - если чутье меня не обманывает - при битве агентов.

Алексис недоумевающе уставилась на него.

- Я не понимаю ни слова, - сказала она наконец. - Но ради Бога, не сиди на этой штуковине. Она стоит тысячи, и Фред убежден, что горничная крошит ее, когда вытирает пыль. Я сделаю кофе, а ты все объяснишь как следует.

Но когда он поведал свою историю, Алексис пришла в еще большее замешательство.

- Ты что же, действительно не был знаком с этой девушкой?

- Даже в кино не видел, - мрачно подтвердил Майкл Слейн.

- И она вошла, когда ты мылся под душем? - недоверчиво спросила Алексис. - Зная, что ты там?… Даже вообразить трудно. Недоразумение, наверно.

- Она захватила с собой фотографа.

- Но…

- Поверь мне, Золушка, я знаю, о чем говорю, - перебил он. - Они были намерены сделать славный материальчик, доказывающий, что в душе я все тот же шпаненок: оказавшись вне влияния своего любящего агента, я тут же берусь за старое и начинаю забавляться под душем с невинными девочками. Милая моя, я могу сказать, какими были бы заголовки.