Он нашел ее взгляд. Алексис обнаружила в его глазах тепло, дружелюбие и неотвратимость. Она так же мало верила в его дружбу, как и в его аргументы, но не понимала, что может сделать. Какая надменность была в этих глазах, пока ему не понадобилось что-то от нее… Это же актер. И актер, привыкший получать то, что хочет. Она скрипнула зубами.

- Вряд ли тебе хочется услышать, что я считаю, - сказала она.

Он тихо рассмеялся.

- Пожалуй, ты права. - Он встал и потянулся. - Но так или иначе, я потратил немало сил, чтобы сбежать от прессы этим вечером. Неужели ты мне все теперь испортишь?

- Ах! - Она была очень вежлива. - Думаешь, не испорчу?

- Нет, - сказал он.

Алексис взяла трубку настенного телефона.

- Немедленно убирайся вниз по пожарному ходу, или я вызову помощь, - прошипела она. - Как тебе понравится заголовок, сообщающий, что Микки Слейн провел ночь в полицейском участке?

- В первый раз, что ли? - сказал он равнодушно. - Но если ты серьезно…

Он лениво поднялся. Он даже немного помедлил. И, пока она наблюдала, дивясь легкости победы, выдернул трубку у нее из руки и поднял над головой.

Это была больная рука. Он, конечно, не мог видеть шину под манжетой. Она подавила крик боли и сказала, вне себя от ярости:

- Ты понимаешь, что это пахнет серьезной неприятностью? Сначала вторжение. Теперь насилие.

- Насилие? - Он хмыкнул, но в голосе появились жесткие нотки. - Мы возвращаемся к обсуждению проблемы маленького поцелуя?

- Нет, - отрезала она, хотя лицо залилось краской. В запястье билась адская боль.

Из трубки, которую он держал над ее головой, донесся голос управляющего:

- Мисс Брук? Это вы, мисс Брук?

- Дон! - крикнула она.

Тут же рука Майкла зажала ей рот. Алексис поперхнулась.

- Мисс Брук?