— Гиииии-и… — донеслось до Киры тихое-тихое, будто комариный писк.

— Что ты? Что с тобой, мама?!

— Гии-иии…

Девушка обнимала Софью Андреевну, тормошила ее, пыталась посадить, положить на кровать, но мягкое тело болталось в ее руках, как тряпичная кукла.

— Гиииии-ииии…

— Что с тобой, мама, что?! Сюда кто-то приходил? Да? Ты его впустила? Он тебя обидел?

— Гиии-ииии-иии…

Наконец она сообразила, что надо вызвать «скорую», кинулась к прикроватной тумбочке, где стоял телефон. Накручивая номер, боковым зрением наткнулась на непривычный предмет. Машинально дотронулась пальцами — деньги! Целая пачка. Откуда?! Жили они небогато — это еще мягко сказано.

— «Скорая»? Примите вызов, с моей мамой плохо. Что? Пятьдесят два года, да, женщина. Я не знаю, какая температура!

Быстрее, быстрее, девушка, записывайте быстрее, мне кажется, это инфаркт!

«Это» оказался не инфаркт, а инсульт. Кровоизлияние в мозг повлекло за собой необратимые изменения. Софью Андреевну парализовало, и она никогда больше не смогла говорить.

О загадочной пачке дензнаков, бог весть каким образом попавшей в их дом, Кира, целиком поглощенная новыми заботами, больше не вспоминала. И лишь много месяцев спустя, внезапно проснувшись ночью, как от толчка, совершенно ясно поняла, что случилось: в тот злополучный день к Софье Андреевне приходил Павел, ее бывший муж и ее, Кирин, отец. Это он принес и оставил на тумбочке пачку с деньгами, наверное посчитав себя обязанным помочь женщине, потерявшей по его милости уважение окружающих, работу, карьеру и малейшую надежду хоть когда-нибудь выбраться из бедности.

«Мама видела его, говорила с ним. Наверное, он просил прощения, но она отказалась… Тогда он достал деньги и предложил ей. И мама не вынесла этого последнего оскорбления, хотя „он“, наверное, вовсе и не хотел ее оскорбить. Он ушел, а после его ухода с мамой и случился инсульт!»