Но театру суждено было погибнуть в пламени пожара во времена правления Георга Четвертого.

Предки Шелдона Мура обладали незаурядными способностями; среди них были по-настоящему талантливые люди.

Но, как это ни странно, ни один не стремился выразить себя в музыке или литературе.

Поэтому герцог немало удивился, обнаружив у себя активное тяготение к обоим видам творчества.

В то время как его современники восхищались актрисами на театральных подмостках, он был погружен в анализ поставленной пьесы.

Временами ему даже казалось, что он способен сочинить нечто более значительное.

К изумлению своих родственников, он начал воссоздавать сгоревший некогда маленький театр в Мур-парке.

Причем воссоздавать в его первоначальном варианте.

И это оказалось возможным, поскольку, на счастье, сохранились чертежи, составленные теми же выдающимися архитекторами, которым было поручено возведение самого дворца.

Им удалось объединить сооружения предыдущих поколений Муров в архитектурный ансамбль, образовавший поистине великолепный дворец.

Он был признан специалистами вершиной зодчества.

От прочих сооружений его отличало также то, что общий фасад был выполнен в георгианском стиле , а за этим фасадом многочисленные старинные помещения сохранялись в первозданном виде.

Достойное место среди них занимала древняя церковь, так же органично влившаяся в архитектурный ансамбль дворца.

Участок земли, где ранее был театр, так и оставался незастроенным.

Видимо, и это обстоятельство подвигло герцога к воссозданию храма искусства.

Когда он последний раз наведался в Мур-парк, здание театра было почти готово.

И если б Шелдон Мур появился там в конце недели, он увидел бы его полностью завершенным.

Чувства так переполняли его, что он поделился своей радостью с принцем Уэльским как раз перед отъездом в Голландию.

— Ты должен пригласить меня на церемонию открытия театра, Шелдон, — заявил принц.