Ох, думала Джейн, ну как она могла совершить подобную глупость! Зачем она напялила платье покойной Шарлотты Мак-Кинни, зачем решила напугать хулигана Тимоти Смита? Вообще-то, весь этот план, родившийся в ее живом воображении, имел целью как следует осадить задиру, заставить его дрожать от страха, и, надо признать, проделано это было неплохо. Шарлотта Мак-Кинни была тетушкой Тима, и умерла она всего месяц назад. И Джейн действительно перепугала Тимми до полусмерти, среди ночи вплыв в его комнату… Она кланялась и кивала, как самое настоящее привидение – в конце концов, не зря же она была актрисой. Джейн от всей души наслаждалась ролью. Тимми стал белым как простыня и затрясся от страха! Он был не в состоянии пошевелиться! Джейн, увлекшись игрой, надвигалась на него – и не расслышала шагов в коридоре. И чуть сама не умерла от страха, когда позади раздался женский голос:
– Что это такое?!
В спальне Тимми было темно, ее освещали лишь слабые лунные лучи, просачивающиеся сквозь окно; и почти так же темно было в коридоре. Джейн обернулась – и лицом к лицу столкнулась с матерью Тимоти, сестрой покойной Шарлотты, Абигайль Смит. Та, увидев платье Шарлотты и огненные волосы, потеряла сознание и свалилась на пол. Джейн едва сумела удержаться от крика. Подобрав юбку, она бросилась бежать. Но второпях налетела на дверной косяк и сильно ушибла ногу. Тут уж она вскрикнула от боли. И это было началом конца.