Однако в это признание Сэм не поверил. Не поверил тогда, не верил и до сих пор. Уж слишком гладко все вышло.

Он рыл землю, но все было бесполезно. Ему ничего не удавалось найти, не удавалось набрести даже на самый крохотный след.

И вот сегодня…

— Я знаю, — сказал Сэм. — Знаю, что прав. Что-то подсказывает мне, что…

— Перестань! Не обманывай хотя бы самого себя. Я понимаю твои чувства, но нельзя же всю жизнь думать об одном и том же. Угомонись, прекрати поиски. И не тревожь прах своей матери. Пусть она покоится с миром.

— Как ты можешь так говорить?! Пока убийца моей матери разгуливает на свободе, я не успокоюсь!

— Черт бы тебя побрал, — выругался Крамп. — Неужели ты думаешь…

— Подожди, — перебил его Сэм, — не торопись с выводами. Сначала посмотри на письмо. Мы ведь все равно сегодня встретимся!

Они — он, его сестра-близняшка Синди, Джек Крамп и его жена Вилма — с давних пор проводили вместе сочельник. Ведь именно Джек и Вилма после смерти Маргарет Донован занялись воспитанием ее детей. Кто знает, что с ними сталось бы, не будь рядом Крампов.

— А Синди ты уже сказал? — задал вопрос Джек.

— Нет. И не собираюсь, пока не получу неопровержимых доказательств.

— И не получишь. Говорю тебе, выкини ты эту историю из головы!

Конечно, может, шеф полиции и прав. А может, и нет. Ему, судя по всему, неизвестно, кто двадцать лет назад гулял с Маргарет Донован, а вот его жена наверняка знает.

— Вообще, — добавил Крамп, — прошвырнулся бы ты по магазинам. Купил бы какой подарок. А про дело забудь, хотя бы на время праздников.

Но Крамп знал: для Сэма его слова просто пустой звук. Уж раз тому что-нибудь втемяшилось в голову, убеждать его бесполезно.

— Тогда встретимся сегодня у моей сестры, — сказал Сэм. — Хочу, чтобы ты сам прочел письмо. Уж это-то откладывать никак нельзя.