Просто они считали, что они лучше.

Щелчком пальцев Морган приказал кучеру трогать. И хотя его губы все еще хранили следы улыбки, взгляд серых глаз был суров и холоден.

Экипаж повернул за угол, и перед ним открылся залив с гребешками волн. Морган не мог оторваться от знакомого пейзажа.

Господи, как он ненавидел жалкий трактир на берегу, где провел свое детство. Но море… Море было его спасением. Оно стало его прибежищем, и, наконец, море подарило ему богатство.

Недобрая улыбка мелькнула на его губах. Вот уже десять лет, как нет отца. И не случайно всего через неделю после похорон он разрушил проклятый трактир. А на том самом месте построил контору компании «Корабельные верфи О'Коннора».

Громкий смех привлек его внимание, и Морган выглянул в окно. Играющая на улице детвора весело махала и кричала что-то кучеру. Ему вдруг пришло в голову, что ребятишкам сильно повезло. Его собственное детство было не таким беззаботным. Радостным и безоблачным оно было у Натаниеля, а он, Морган, выбивался из сил ради этого.

Натаниель… Неизменно его мысли возвращались к брату. И невольно Морган напрягался, словно готовясь к новой битве.

Натаниель, брат, которого он так любил… Предатель, которому он доверил свою жизнь… И свою жену.

Натаниель, такой неотразимый в своем обаянии, горько усмехнулся Морган. Столь неотразимый, что многие были склонны прощать ему грехи.

Многие, но не все.

Губы Моргана вытянулись в узкую полоску. Ему казалось, что в груди его горит темный, страшный огонь. За последние пять лет он мог перечесть по пальцам свои встречи с Натаниелем, но такова была его воля, и на то были свои причины. Морган не мог забыть то, что произошло между ними. Ему и не снилось, что брат способен на предательство… Что он может жестоко ранить его.