— Я столкнулся с отцом Сайрусом и Вивиан в Роузбэнке, — сказал Роджер, оглядываясь вокруг в поисках официантки, — они уединились и что-то обсуждали — причем, похоже, что-то совсем не радостное.
— Непонятно, что они могли обсуждать, — заметил Келли, — они мало общаются, что у них может быть общего?
— Не знаю, — пожал плечами Роджер и заказал таких же креветок, как у Макса, подошедшей официантке в туфлях на высокой платформе. — Чудесное место. — Роджер явно наслаждался моментом. — Тут своя неповторимая атмосфера, посмотрите на это, — он указал на пожелтевшие от времени визитки посетителей, закрепленные на низком потолке, — надо прийти сюда, когда играет оркестр. А этого крокодила вы видели, у входа, огромный, блестящий, голубой?
— Голубой — ты о чем? Об этом болване, изображающем Элвиса? Ботинки у него и вправду голубые? Боже правый!
— Роджер говорит о крокодиле. Который у входа. Я тебе говорил — его называют «Голубой крокодил», — пояснил Макс.
— Послушай, Келли, я немного пошутил. И если бы не мое хорошее настроение, я давно бы послал тебя ко всем чертям со всеми твоими шуточками! — Роджер говорил спокойно и сдержанно.
Макс решил, что пора менять тему, и заговорил о Мишель Рейли, которая приехала к ним вчера на собеседование. Мишель была молодым, но уже опытным врачом-физиотерапевтом, а Макс и Роджер хорошо знали ее по работе. Мишель осмотрела клинику, пришла в восторг и согласилась возглавить отделение физиотерапии — она давно мечтала работать самостоятельно. Жених Мишель, санитар, также планировал поступить на работу в клинику.