Моя рука потянулась к книге, которую я так быстро убрала.

— Вы не возражаете, если…

Он достал ее.

— Я буду счастлив. — Он открыл ее, вырвал форзац, смял и бросил в мусорную корзину. — Она ваша. Навсегда. — И вложил книгу в мои руки.

— Навсегда, Брет? Но я не могу…

Он раздраженно хмыкнул, а я сказала:

— Вы серьезно?

Он лишь отмахнулся:

— Теперь выбирайте другие. Эту оставите себе, а остальные вернете, когда прочитаете. Без всяких ограничений во времени.

На пороге появился Колин:

— Элейн спрашивает, останется ли мисс Джонс к ужину. Если да, то она поставит для нее прибор.

— О нет, спасибо, я не могу.

Он повернулся ко мне:

— Вы всю жизнь только и делаете, что говорите, — он очень похоже передразнил меня, — «О нет, я не могу»? Я уже в третий раз слышу от вас эту самоуничижительную фразу и в третий раз собираюсь доказать, что «вы можете». — Он кивнул Колину. — Она останется.

Колин вышел и передал Элейн ответ отца.

— А теперь выбирайте книги, — велел Брет.

Я выбрала и сложила их стопочкой на полу. К этому времени Брет закончил проверку глобуса и привел его в рабочее состояние.

— Берегите его как зеницу ока, Трейси. Он стоил мне целое состояние.

— Теперь мне будет страшно до него дотронуться, — рассмеялась я.

Он вставил штепсель в розетку, щелкнул переключателем, и глобус залил свет.

— Когда подсветка включена, он показывает физические характеристики. — Он показал на очертания гор и равнин. — А когда выключена, глобус становится политической картой — все страны выделены яркими цветами. — Он направился к двери. — Я отнесу глобус в машину и, когда отвезу вас обратно, поставлю в шкаф в кабинете географии, и вы сможете пользоваться им, когда захотите. Захватите книги, хорошо?

После того как все было погружено в машину, Элейн позвала нас к столу.