Ему удалось пробраться в самую середину толпы, когда послышался шум, означавший приближение узников. Возбуждение толпы достигло наивысшей точки, люди стали напирать в сторону виселицы, и дальше уже невозможно было сделать ни единого шага. Человек в коричневом прекратил всякие попытки пробиться, а старался лишь устоять на ногах под напором всей этой толкающейся, ругающейся, бьющейся за лучшее место массы. Несмотря на падавший снег и пронизывающий ветер, атмосфера вокруг накалялась.

- Ну-ка в сторону, женщина! - Грубый окрик сопровождался столь же грубым толчком в немыслимое соединение соломы и бледно-розовых перьев.

Их хозяйка, краснолицая, благоухающая джином жена возчика, разразилась целым потоком площадной брани. Впрочем, ответ она получила достойный. Человек в коричневом вздохнул и слегка поморщился от резкого запаха спиртного. Вдруг что-то коснулось его камзола, прошлось по поясу. Тут же встревожившись, он пощупал карман и, как и ожидал, не нашел часов.

В ярости он обернулся. Перед ним - искаженные лица, горящие в предвкушении зрелища глаза, полуоткрытые от острого любопытства рты. Его быстрый взгляд остановился на поднятом к нему лице: девушка стояла так близко, что ее волосы цвета корицы касались его плеча. Безупречный овал бледных щек, широко раскрытые золотисто-карие глаза под трепещущими темными ресницами, красивые, тревожно подрагивающие губы. Лицо Мадонны.

Внезапно над толпой пронесся крик:

- Берегите карманы! Кругом полно чертова ворья! Люди возмущенно загудели, захлопали себя по одежде. Увы! Пропажу обнаружили многие.

Почти тотчас же стоявшая перед уже знакомым нам человеком в коричневом девушка покачнулась, всхлипнула и стала опускаться на землю. Машинально он подхватил ее, уберег от топчущихся на мостовой тяжелых сапог. Девушка безвольно повисла на его руках, лицо побелело и покрылось капельками пота.