Полная равнодушия к тому, что происходит с ней, Дженни поняла тем не менее, что уже не лежит на холодном гладком полу церкви. Ее перенесли в какое-то мягкое удобное кресло, безжизненные руки покоились на его подлокотниках.

Бесстрастно и отрешенно, будто все это случилось с кем-то другим, она стала вспоминать сцену, предшествующую обмороку. Свадьбе хотели помешать. Грудь заныла, словно на нее давила неимоверная тяжесть. Вот и все. У Нормана, наверное, есть жена. Возможно, и дети. Куча детей. Как он мог? У нее было единственное желание — исчезнуть, спрятаться от всего, от всех…

— Прости, прости! Ты же знаешь, я никогда не желала тебе зла, — взволнованно причитал кто-то совсем рядом. Арабелла. Дженни ничем не выдала того, что сознание вернулось к ней.

— Ради Бога, замолчи, — шепотом заговорил Норман. — Черт меня побери, если я не настою на продолжении церемонии. Этот брак слишком много значит для меня.

Дженни затаила дыхание, боясь выдать себя. Только сердце ее забилось с бешеной быстротой. Жесткие интонации и резкое обращение Нормана поразили ее. Никогда прежде она не замечала, чтобы он был несдержан, неделикатен, а тем более груб. Очевидно, не хотел раньше времени обнаруживать эти стороны своего характера. Надо же было оказаться такой наивной и доверчивой. Как мало она его знала!

— Неужели ты не видишь, милый, — вкрадчиво нашептывала Арабелла, — она ведет себя крайне странно. Может быть, нездорова? Во всяком случае, ей явно не по себе. Никак не скажешь, что она летела к алтарю как на крыльях.

— Да, она была очень бледна, — мрачно признал Норман.

— Ты заметил? Даже под искусно наложенным макияжем. Боюсь, не потому ли, что раскрылись каким-то образом твои планы? — нарочито громко проговорила Арабелла.

Понятно, подумала Дженни. Арабелла-то, конечно, в курсе. И не смогла прошлым вечером промолчать о нечестных намерениях Нормана. Она, правда, только намекнула об этом. Ничего определенного. Дженни даже не сразу поняла, куда та клонит. Но ведь не могла же Белла открыто предать старую дружбу. Бедняжка, ее положению не позавидуешь.