Кэл растерянно покачал головой.

Я понятия не имею, что это за ребенок.

Может, ее подруги?

Может быть, но я не знаю никого, кто был бы нам так близок. Возможно, Диана предложила кому-то посидеть с их ребенком и забыла мне об этом сказать... Да, но как это могло случиться, если она поехала на работу?

Ничего, пройдет совсем немного времени, мисс Ролинз вспомнит, что с ней случилось.

Надеюсь. Теперь я могу с ней увидеться?

Конечно. Идемте. Мистер Ролинз, вы, пожалуйста, не переживайте. Потеря памяти — довольно обычное явление у пациентов с травмой головы.

Потеря памяти? Иначе говоря, амнезия? При одном только этом слове Кэл съежился от нехорошего предчувствия.

В большинстве случаев это временное явление, продолжал объяснять доктор. Она придет в себя часов через двенадцать. Просто я бы хотел подготовить вас к тому, что она может не узнать вас, когда вы к ней войдете.

«Не узнать меня?»

Это замечание вызвало у Кэла насмешку. Может, у нее и помутнение сознания, но не до такой степени, чтобы не узнать собственного мужа. Их души соединились в тот момент, когда они только увидели друг друга.

«Не может душа не признать другую свою половину», — уговаривал он себя.

Проходите вон туда. Если захотите со мной поговорить, я буду здесь.

Кэл кивнул врачу и направился к указанной палате. Как мотор набирает обороты при ускорении, так застучало, заторопилось его сердце. Ему не терпелось скорее обнять жену, которую он совсем недавно держал в объятиях.

Диана лежала на правом боку, лицом к нему. Отсюда он не мог видеть рану на затылке.

Вместо строгой английской блузки бледно-зеленого цвета на ней была больничная рубашка, волосы веером рассыпались по подушке. Она спала.