С самого первого дня нашего брака Миша изменял мне. Он изменял мне в нашем свадебном путешествии на теплоходе "Тарас Шевченко", и я помню эту веснушчатую, толстогубую официантку Люсю. Он изменял мне, когда я лежала в больнице на сохранении, когда я рожала, когда кормила Егора, когда болел Егор, когда я забеременела вторично, когда лежала после операции из-за внематочной беременности, когда умер мой отец, когда мне было хорошо, когда мне было плохо, в командировках, и здесь, на месте, он изменял мне всю жизнь с какими-то случайными девками (все - девки, ни одной старше 25!), а я ничего, ничего не знала! Я 24 года прожила во лжи и самом страшном унижении, какое может выпасть на долю женщины. И самое странное - в его дневниках я не нашла ни одной плохой строчки в свой адрес.
В его дневниках обо мне вообще нет ни единой строчки. Есть о сыне, о родителях, немного - о сослуживцах, в частности, об этом неудачнике, друге юности Ване, а обо мне - ни слова. Словно меня не было на свете. Словно меня не было в его жизни. И мне иногда кажется, что это я умерла, а он, наоборот, жив.
... Его последний дневник обрывается за четыре месяца до внезапной смерти. (О, теперь я знаю, что так изнурило его организм!) И там нет ни слова о долге Ване. Впрочем, этот придурок, кажется, лепетал, что занимал Мише за два месяца до смерти, так что вполне возможно, что идиотский долг вполне имел место. Но мне все равно. Я не собираюсь платить по его долгам. Я завтра же сожгу эти дневники - довольно себя мучить. Я больше не хочу слышать о человеке, который 24 года был моим мужем. И даже хорошо, что у меня изменился круг общения - я начинаю новую жизнь. Только свою. Где у меня будут свои друзья, своя работа (я уже нашла место), и свой потайной ящик в столе. Отныне не я буду заботиться о ком-то; отныне заботиться будут обо мне.
... И все же, если он не любил меня, то почему жил столько лет, почему не развелся, почему?! Почему?!!!!!!!!!!!
Михаил Андреевич
Смешно и странно смотреть со стороны на жизнь, которую оставил; смотреть и сознавать, что нельзя ни изменить, ни вмешаться.