Джефф, без сомнения, производил впечатление такого человека, который рано или поздно встанет на путь истинный. Такие ребята не могут не нравиться девушкам. Его неопрятность и пренебрежительное отношение — поза, и в этом я тоже не сомневалась. Но вот его сестра? Нет, Бет была совершенно иного склада. Она, как мне показалось, сама напрашивалась на неприятности.

Но Бет с ее братом мигом выскочили у меня из головы, когда я поднялась по лестнице наверх и огляделась. Сразу нахлынули воспоминания детства. Я снова была там, где оставила свое сердце. О доме и острове у меня сохранились самые приятные воспоминания, а рано умершую мать я не могла помнить. Зато очень хорошо запомнила осенний лес и спокойное море в летнюю пору. Мне никогда не забыть лужи, образовавшиеся после дождя, где в кристально чистой воде плавали странные существа, а маленькая девочка подолгу и с удивлением их рассматривала. Не забыла я и венки, сплетенные из одуванчиков, и то, как весной играла с белыми и такими забавными ягнятами. На острове Дункан было о чем вспомнить.

Взять хотя бы наш дом. В этом большом и старом каменном особняке мог найти прибежище целый полк Дунканов, но я не могла припомнить, чтобы в нем когда-либо было занято больше десяти комнат. Дом надежно укрывал зимой, когда остров засыпало снегом, а большие пылающие камины согревали нас троих, хотя за окном бесновался ветер и в окна хлестал дождь со снегом. В такие дни мы сидели, никуда не выходя, прислушиваясь к завываниям ветра, который гнал огромные волны между островом и Оленьим заливом, покрывая соленой изморозью все вокруг. Особенно я любила наш дом по вечерам, когда в нем было так тепло и уютно.

Дверь в большую спальню была открыта. Проходя мимо, я увидела знакомую мебель, такую же старую, как сам дом. Я знала одного торговца антиквариатом в Нью-Йорке, который спал и видел эту кровать с пологом на четырех столбиках; не отказался бы он и от других предметов мебели. Вот, например, старинную прялку из кедра я бы поставила в своей городской квартире к восторгу моих друзей.