Особенно если она останется, чтобы ему помочь.

– Я не могу.

– Что я должен сделать, чтобы заставить тебя передумать?

Оливия обхватила себя руками и отвернулась. Она не могла сказать ему правду.

– Я уже говорила тебе, почему я уезжаю. У меня уже была прощальная вечеринка. Подумай сам, как я покажусь теперь в офисе в понедельник?

– Тебе и не понадобится этого делать, – произнес Джош тоном человека, у которого был ответ на все вопросы. – Ты будешь передавать мне дела сегодня вечером, завтра и в воскресенье. Таким образом, если кто-то из наших тебя увидит, ты по-прежнему сможешь говорить, что уезжаешь в понедельник.

Он был, как всегда, прав. Оливия и так жалела о том, что покидает его в такое трудное время…

– Хорошо, – сказала она и тут же пожалела об этом, потому что Джош снова ослепительно улыбнулся и посмотрел на нее так, словно был ей признателен.

К тому же они проведут выходные под одной крышей… И только он проводит ее в понедельник…

Черт побери, все это было как-то неправильно.

Внезапно у Оливии возникло такое ощущение, будто она прыгнула с раскаленной сковороды прямо в огонь.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Джош окинул взглядом пустую гостиную Оливии и пожалел о том, что в ней не осталось ни одного стула. Войдя в комнату, он почувствовал, что ему просто необходимо сесть.

При виде Оливии, одетой в джинсы и простой зеленый топ, у Джоша подкосились колени. Впервые за четыре года он увидел в Оливии женщину, а не секретаршу. Вместо того чтобы собрать свои светлые волосы в привычный хвост или пучок, она оставила их распущенными.

– Итак, – произнес он, стараясь, чтобы голос его звучал непринужденно, хотя чувствовал, что это у него плохо получается. Впрочем, все это уже не имело значения, потому что он добился того, зачем пришел. Оливия согласилась ему помочь. Неважно, что его голос дрожал, главное, победа была за ним. И чем раньше он отвезет Оливию к себе домой, тем меньше у нее будет шансов передумать.