– Нет, если меня не догонит миссис Маггинс, – пробормотала Мариана. Он усмехнулся:

– Ты ведешь себя с ней как маленькая упрямая девочка.

Черт возьми, опять он принимает ее за ребенка! Мариане вовсе не хотелось казаться беззащитной, вызывать его жалость и сочувствие. Это никак не входило в ее планы!

– Ты хочешь, чтобы я играла именно такую роль? Это тебя более всего возбуждает? – поинтересовалась она, вздернув подбородок.

Улыбка сошла с его лица:

– Нет, я имел в виду совсем другое…

Мариане вовсе не хотелось уточнять, что он имел в виду. Она подошла к каменной балюстраде и окинула взглядом сад:

– Почему ты проводишь столько времени в саду, когда оказываешься в Дарсебо?

– Откуда ты знаешь?.. – Луи изумленно взглянул на нее. – Ты совершенно обескураживаешь меня! Это нечестно: тебе известно обо мне почти все, в то время как я о тебе практически ничего не знаю.

Мариана проигнорировала его изумление.

– Так почему? – настойчиво переспросила она. Луи пожал плечами.

– Сад действует на меня успокаивающе. Она повернулась к нему лицом и испытующе заглянула в глаза.

– А разве ты нуждаешься в успокоении?

– Разумеется! Как и всякий живой человек. Я вырос на парижских улицах, и прошло много лет, прежде чем мне удалось приобрести дом за городом. – Луи облокотился на перила. – После всех хитросплетений, которые нужно преодолевать, сидя за столами переговоров с различного рода юристами-крючкотворами, так хорошо оказаться в тихом, спокойном месте, где есть только не ведающая греха природа! Мне это необходимо.

– Но ты ведь сам – один из умелых тактиков и крючкотворов.

– Наверное… Думаю, таким образом, мы, мужчины, сублимируем древний охотничий инстинкт, который еще не совсем погас. Это и есть мое второе "я", если хочешь знать, – усмехнулся он. – Кстати, ты должна понимать меня лучше, чем кто-либо другой. У тебя тоже необыкновенно сильно развит охотничий инстинкт.