– Красную комнату, мам.

– Вполне подходит. Ну же, Бетти, нечего стоять здесь разинув рот; покажи мисс Гордон красную комнату.

Пожилая леди уже расположилась у огня, уложив обе пухлые ноги на решетку. Я поднялась, ничуть не удивленная ее бесцеремонностью; я уже знала, что миссис Кэннон – женщина добрая, но озабоченная в первую очередь собственными удобством и комфортом.

Когда я уже двинулась к двери, она сквозь дремоту пробормотала:

– Я буду обедать здесь, мисс Гордон. Присоединитесь ко мне? Бетти вас приведет...

Я от души поблагодарила ее, но думаю, что пожилая леди погрузилась в сон до того, как за мной закрылась дверь.

Красная комната, которая располагалась через три двери по коридору от комнаты миссис Кэннон, была такой же веселой, как и ее имя. В очаге плясал огонь, отбрасывая теплые отсветы на сливочного цвета занавески и полог кровати. Пол был покрыт ярким турецким ковром.

Бетти едва прикрыла за нами дверь, и она тут же отворилась снова. В комнату без стука вошел унылого вида слуга, без церемоний бросил на пол мою поклажу и удалился.

Распаковав багаж, я придвинула стул к огню и со вздохом облегчения опустилась на него. Согревшись, я уже почти задремала, когда вернулась Бетти.

– Если вам угодно, мисс, я пришла спросить, не хотите ли вы, чтобы я помогла вам переодеться?

– Я одета, благодарю тебя. Если миссис Кэннон обедает со всеми церемониями, ей придется меня извинить.

– Хозяин прислал сказать, что вы будете обедать с ним.

Хозяин, в самом деле, подумала я. Моей первой реакцией был протест. Я уже открыла было рот, чтобы сказать, что слишком утомлена, чтобы вынести парадный обед сегодня вечером. Но потом сообразила, что это просто наивность. Я не была гостьей мистера Гамильтона, я была у него на службе. Приглашение содержало в себе приказ.