Кабинка лифта остановилась на втором этаже, и они оказались на широкой террасе, полукругом выдававшейся в сторону океана. Многочисленные цветущие растения в горшках и кадках придавали этому уголку отеля неизъяснимую прелесть и уют.

Терраса находилась как раз над залом приемов, откуда доносились приглушенные звуки музыки. Одри удивленно прислушалась, вот чудо — оркестр играл «Лунное танго». Конечно, какая еще мелодия подошла бы для столь романтической обстановки. Девушка хотела шутливо поинтересоваться, сколько Джон заплатил оркестрантам, чтобы они именно сейчас исполнили танго, но очарование звездной ночи больше настраивало не на задорный, а на лирический лад, и она передумала.

— Вы только посмотрите! — От восторга у нее перехватило дыхание. — Как красиво!

Небо напоминало парадное одеяние какой-нибудь средневековой королевы, которая украсила себя всеми имеющимися в наличии драгоценностями: мириады звезд блистали и переливались алмазными искрами на темно-синем бархате небесного свода. А внизу, маня несказанной красотой, лежала темная шелковая пелерина залива, прочерченная серебристой лунной дорожкой.

— Да, очень красиво. — Джон неожиданно возник у нее за спиной, и, когда он положил руки на плечи девушки, у Одри ёкнуло сердце. — Все так прелестно, — пробормотал Джон и развернул ее лицом к себе.

Танцевали ли они? Может быть. Во всяком случае, ее тело воспринимало обилие ритмов, и было трудно понять, что же завораживает больше: глухой накат волн на берег, биение сердец или волшебные звуки «Лунного танго». Одри и Джон двигались медленно и томно, порой даже останавливались.

— Расслабься, — тихо и настойчиво шепнул он ей на ухо. — Не забывай, это всего лишь танец.

Но как она могла расслабиться? Так странно было чувствовать его рядом — предупредительно-нежного и в то же время опасного. Не прибегая к помощи обольстительных слов и жестов, Джону удалось создать атмосферу упоительной близости.