Когда они закончили сцену, все присутствующие продолжали молча сидеть на своих местах. Один из продюсеров пробормотал:

- Черт побери, кто бы мог предположить, что у нее такой темперамент?

Гомолко засуетился, состроив беспокойную мину.

- Вы были правы, Кензи, она - Маргарита. Вы выиграли спор. - И, повернувшись к Рейн, спросил: - Вы хотите играть эту роль, мисс Марло?

- Да!

- Я немедленно свяжусь с вашим агентом, чтобы обговорить детали.

Пока она раздавала свои «спасибо», все кругом возбужденно заговорили, оставив ее и Кензи без внимания. Теперь, когда они уже не играли, она вдруг оробела перед ним. Напомнив себе, что совсем скоро им предстоит сниматься в постельных сценах, она первая начала разговор:

- Что за спор имел в виду Гомолко?

Скотт улыбнулся, загорелая кожа легла тонкими лучиками вокруг глаз.

- Я сказал ему, что не буду играть эту роль, если они не возьмут вас на Маргариту.

Неудивительно, что режиссер отнесся к ней с таким предубеждением. Он боялся, что ему придется выбирать между актером, который ему нравится, и актрисой, которую он не хочет.

- Так, значит, это вас я должна благодарить? Но почему, собственно, я? Мы ведь даже не были знакомы.

- Я видел почти все ваши фильмы и понял, что вы больше всех подходите на эту роль.

Она простонала:

- О, только не говорите, что видели «Байкера Бабза из Ада»!

Он рассмеялся:

- Почему же, этот фильм доказывает, что вы в состоянии сыграть ту авантюрную жилку, которая есть в Маргарите. Но я и так был уверен. Вам следовало дать «Оскара» за «Открытый дом».

Она с тоской подумала о знаменитой церемонии награждения. Сначала безумная головная боль по поводу соответствующего платья, а потом необходимость не показать разочарования, когда другая актриса выходит на сцену, чтобы получить приз за лучшую женскую роль.

- Конкуренция слишком сильная… - проговорила Рейн.

- Но вы были лучше всех. - Он осторожно дотронулся до ее волос. - Это ваш естественный цвет?