Удивленная Екатерина бросила на астролога быстрый взгляд.

— Что ты хочешь сказать? — спросила она, усаживаясь в кресло.

Руджьери выпрямился. Он был не лишен какого-то природного величия. Астролог вовсе не был шарлатаном и мошенником. Многое переплелось в его сложной натуре. Слабый человек, он без колебаний соглашался пойти на самое ужасное преступление, легко исполнял чужие чудовищные замыслы, которые сам бы никогда не придумал. Когда Руджьери действовал по своей воле, он, в сущности, не был злым, но в руках Екатерины астролог становился страшным орудием. Безусловно, не встреть королеву, он бы всю жизнь посвятил наукам и стал бы мирным ученым.

Искусство гадания по звездам никогда не было для Руджьери основной целью, он хотел большего. Знать будущее — значит управлять миром, — говорил он сам себе. Каким грозным могуществом может обладать человек, знающий сегодня то, что будет завтра! И как возрастет это могущество, если такой человек сможет по своей воле создавать золото! Руджьери верил, что добьется успеха. Дни и ночи он просиживал за расчетами, нередко в отчаянии бросая перо. Но вскоре астролог брался за исследования с утроенной энергией и с холодной яростью пытался найти ответ на неразрешимые вопросы. Неудивительно, что его измученный ум преследовали видения.

— Мадам, — проговорил он, — хотите знать, почему мой сын умрет и почему никто и ничто не спасет его? Я отвечу. Встретив Деодата в гостинице, куда вы послали меня, я прежде всего подумал о вас. Кем был сын для меня? Посторонним! Тогда как вы… вы были моим божеством… Но потом во мне зародилась жалость, а вместе с жалостью и глубокая привязанность, доставлявшая столько страданий. Но я не смог заставить себя встать перед вами и сказать: «Его вы не убьете». Поняв, что вы обрекли нашего сына на смерть, я лишь оплакивал его в душе. Вы имеете надо мной странную власть, Екатерина, я боролся с самим собой, чтобы изгнать вас из моего сердца. В последнее время я часто спрашивал звезды, но получал туманные ответы. Не теряя надежды, я решил встать между вами и сыном и помешать убийству. Знайте, мадам, если бы сейчас вы решились ударить, я бы вмешался. Я хочу, чтобы он жил… но знаю, моему сыну предначертана смерть.