— Очень рада с вами познакомиться, мистер Нолан, — сказала Стейси, протягивая руку тщедушному человечку.

— Молли сказала, что вы хорошенькая, но, что такая хорошенькая, не сказала. Вы тут наведете шороху, в этом ковбойском городишке, это уж точно, — ответил он, от души пожимая ей руку, при этом глаза его блестели. — Надеюсь, домик вас устроит, хотя, конечно, это не Бог весть что.

— Да, конечно, устроит. Отец приучил меня обходиться без излишних удобств, — сказала Стейси, с улыбкой глядя на своего собеседника, который был на дюйм ниже ее пяти футов четырех дюймов.

— Так ваш отец к вам приедет? — спросила Молли.

— Нет. — На мгновение лицо ее помрачнело. — Он погиб в авиакатастрофе месяц назад.

— О, простите. Я не хотела… — начала было Молли.

— Ничего, вы же не знали, — перебила ее Стейси.

— А ваша мать? Она осталась на Востоке? Она одобряет ваши одинокие странствия? — спросил Гарри Нолан.

— Моя мать умерла вскоре после того, как произвела меня на свет, так что я разгуливаю сама по себе. Но вы за меня не беспокойтесь — я привезла с собой свою немецкую овчарку. Будьте уверены, мой пес одолеет любого четвероногого зверя, который вздумает ко мне забрести, а уж о двуногих и говорить нечего. — Стейси со злорадным удовлетворением подумала о Корде Гаррисе и засмеялась.

— Овчарки — хорошие собаки, — согласился старик. — Она будет вас охранять как следует.

— Разумеется, я надеюсь, что до этого дело не дойдет, — сказала Стейси, доставая кошелек, чтобы расплатиться за покупки. — Ну что ж, мистер Нолан, как только вы будете готовы, мы можем ехать.

— Где вы поставили машину? — спросил он.

— Напротив аптеки — по другую сторону улицы.

— Минут через пять я подъеду на джипе и буду указывать вам путь, — он кивнул, направляясь к выходу.

— Если вам что-нибудь понадобится или грустно станет, сразу приезжайте в город. Мы с мужем будем рады вам в любое время, — уверила ее Молли, когда они остались вдвоем.