— Вот! — Девушка развернула, будто знамя, красочную махровую ткань.

Ральф взял полотенце и, не реагируя на отнекиванья Беатрис, нагнул ей голову и тщательно принялся растирать. Она высвободилась из этого плена лишь минут через десять, недовольная тем, что волосы торчали во все стороны, но вынуждена была признать, что чувствует себя гораздо лучше.

— Значит, я был прав? — удовлетворенно хмыкнул Ральф, приводя себя в порядок.

— Конечно, — осторожно согласилась она. — Теперь для полного счастья мне не хватает горячей еды, чего-нибудь выпить и теплой постели.

— Ну, еды и постели не обещаю, — он потянулся к сумке, — но могу предложить выпить. Вы любите виски?

— А у вас нет ничего другого? — Беатрис, разумеется, предпочла бы марочное красное вино.

— Увы… — Ральф отвинтил пробку. — Пейте это, согреетесь.

— Хорошо, — кивнула девушка без особого энтузиазма.

Он протянул бутылку — их пальцы встретились, и Беатрис ничего не могла поделать с легкой дрожью, пробежавшей вдоль позвоночника.

— Надеюсь на вашу бдительность. — Он сдержанно улыбнулся. — Мне совсем не хочется, чтобы эту бутылку постигла участь фонарика.

— Я не собираюсь разбивать ничего, что так дорого вашему сердцу, — сказала она холодно.

Сделав вызывающе большой глоток, Беатрис сразу задохнулась и закашлялась, когда виски обожгло ей горло.

— Ничего… сейчас пройдет, — утешил Ральф, наблюдая, как она отчаянно трясет головой, и предусмотрительно забрал бутылку.

— Определенно теплее… — с трудом выговорила Беатрис.

— Жаль, что вы не оценили по достоинству классический шотландский напиток.

— Простите, я не специалист по виски, — начала девушка с некоторой иронией. — И вообще… не обижайтесь, что вам досталась такая истеричная гувернантка.

Ральф изумленно вскинул на нее глаза.

Очаровательно небрежная, по-мальчишески задорная, Беатрис выглядела моложе своих двадцати четырех лет, в ней почти невозможно было узнать изящную молодую леди, вышедшую из поезда в Форт-Вильямсе.