— Ух!

Это все, что она смогла вымолвить, и отвернула зеркало, больше не в состоянии видеть свое отражение.

— М-да, следует признать, что вчера, выходя из поезда, вы выглядели более элегантно.

Ральф притворно критически оглядел ее, явно забавляясь комедийным зрелищем. Внешне он сохранял серьезность, но усмешка пряталась в уголках губ, таилась в глубине глаз. Невольно Беатрис последовала за его взглядом — от пурпурного кашемирового джемпера, который умудрилась надеть задом наперед, к незастегнутым до конца домашним джинсам и разнокалиберным носкам, которые в спешке натянула ночью.

Нарочно не придумаешь, как же она выглядела! Настоящее чучело! Подавленная Беатрис поспешила переодеть свитер и заодно убедилась, что хотя бы блузка надета правильно. Этот неожиданный штрих прибавил ей уверенности. Но она вспыхнула, увидев смеющиеся глаза Ральфа.

— Который час? — скороговоркой спросила девушка.

— Почти семь, — внушительно сказал он.

— Рано… это не по мне, — проворчала Беатрис, растирая затекшую шею.

— По-видимому, ваша жизнь была достаточно беззаботной, если вы не привыкли вставать в такое время, — заметил Ральф. Он открыл дверцу, собираясь проверить двигатель. — В экспедиции вас бы сочли лежебокой.

— Не дай бог побывать в экспедиции вместе с тобой, — прошипела Беатрис, мрачно наблюдая, как он возится у капота.

Все еще ворча, она выбралась на обочину и потянулась, чувствуя боль во всем теле. Только потом Беатрис оглянулась вокруг, и у нее перехватило дыхание.

Извилистая дорога вела вниз по склону холма к скалистому берегу узкого морского залива, переливавшегося в солнечных лучах. Яростной ночной бури как будто не бывало. Гордым величием и вместе с тем покоряющей непередаваемой красотой веяло от этого пейзажа. Беатрис, в воображении которой Шотландия представала тусклым нагромождением мрачных гор, восхищенно созерцала раскинувшуюся перед ней грандиозную панораму. Богатейшая гамма теплых золотисто-коричневых тонов на фоне ослепительной небесной синевы увенчивалась заснеженными вершинами, искристое сияние которых казалось сказочно нереальным.