Всю дорогу домой Ира думала о Виталии. Ей показалось, что несмотря на правильную речь, он выходец из простого класса. У него были застарелые мозоли на руках, он сутулился за столом и громко прихлебывал чай, и одежда на нем сидела мешковато. Скорее всего, парень относится к типу «самородков», людей, которые чувствуют свое предназначение и идут к нему даже через непреодолимое. И еще, он человек с прошлым. Почему он прочитал именно эти строки из Иоанна, про агнца закланного?

А потом снова завертелась карусель дней, состоящих из раннего холодного утра, согреваемого чаем и адреналиновыми новостями по всем каналам. Глядя на квинтэссенцию суеты людской, Ира все удивлялась: чем люди живут?! Почему никто не говорит о душе?! Почему столько внимания деньгам?!

Про нового знакомого уже не вспоминала. Хороший, наверное, человек, но пускать его близко к сердцу нет смысла. Все-таки, как ни крути, а он — молодой мужчина. Это ли ей сейчас надо? Да еще учитывая, как тяжело дается Ире расставание с прошлым, со всей суетой мира! А ведь надо думать о будущем, о послушании, о постриге, иначе останешься сидеть между двумя стульями, чужая среди своих.

В воскресенье в церкви она увидела Виталия, стоящего на входе. Ира уже собиралась домой, поэтому ей неизбежно пришлось бы встретиться с ним. Продвигаясь среди прихожан к проходу, она удивленно отметила про себя невероятную бледность лица Виталия. Ей даже показалось, что он пошатывается и сутулится больше обыкновенного. Когда Ира почти поравнялась с ним, он неожиданно схватился за грудь и быстро пошел на улицу. Люди отшатывались от него и провожали глазами, дивясь на неподобающее поведение.

Ира догнала Виталия уже на улице, за оградой. Он почти выбежал из ворот церкви, прошел немного по улице и вдруг, согнувшись пополам, закашлялся. Приступ кашля был настолько силен, что сотрясал все его тело. Виталий, словно слепой, не разгибаясь, нащупал церковную ограду и опустился возле нее на корточки. Он все сильнее заходился в бурном кашле, задыхался, и Ира слышала, как воздух со свистом втягивался в его легкие. Она бросилась к нему на помощь и остолбенела, увидев, что он прижимает ко рту белый с красным платок.