– Мне пора. Вдвоем было хорошо. Но мне пора – это прозвучало в устах Даниэля, как что-то ужасное, он будто прощался надолго…навсегда, – Не торопись ко мне, хорошо? Ты знаешь не все, да тебе это и не нужно. Бывай, Рей. Сейчас меня заберут.

Рей непонимающе смотрела на парня, тот чуть снисходительно улыбался. Глаза его из привычно серых стали прозрачно-голубыми, как лед. Кожа побелела. Секунда и он исчез, мелькнула белая молния, вихрь снежинок опал на ковер. И никого. Рей в ужасе оглянулась. За окном стоял Он. Девушка положила руки на стекло и выдохнула. Дэн чуть ухмыльнулся, и тут же лицо его скривила другая усмешка, усмешка боли. Ледяные цепи сковывали его ноги, обвивали тело. Тысячи и тысячи мелких осколков вонзались в его плоть, капли крови усеивали белоснежное полотно земли. Кожа Даниэля на глазах становилась все белее, он будто промерзал насквозь, зрачки его холодных ледяных глаз расширились, рука поднялась и резко ударила в стекло. Рей вздрогнула и поняла, что не может сделать ни шагу. Его ладонь касалась бы её, если бы не чертово стекло окна. А Дэн становился все бледнее. Он застывал в ледяную статую, теперь уже никогда его руки не будут горячими, губам никогда не зажечь ничье желание. Рей чувствовала, как горячие слезы почти прожигали на её замерзшей коже яркие полосы. Множество снежных вихрей рвали тело Дэна на куски, срывали кожу и бросали её в сугробы. Кровь брызнула на стекло и Рей осела на пол. Она не видела, как истерзанное тело Даниэля разорвал изнутри прозрачно синий стержень льда, тело парня разлетелось тысячью осколков кроваво-красных, замерзших осколков, усеявших пространство под окном Рей. А снежок все так же, тихо кружась, падал, скрывая кровавые следы торжества Ее Величества Зимы.

Сколько так еще сидела Рей… час? Два? Три? Наконец она поднялась. Посмотрела в окно. Никаких напоминаний, кроме кровавого размазанного пятна на самом стекле. Рей закрыла глаза, а когда открыла их вновь, они были абсолютно пусты и безразличны.