Входят медленно и торжественно Джеральд, с накладными усами, Алан и Эрнест, в своих нелепых костюмах.

Джеральд. Это верно, Алан.

Эрнест (серьезным тоном). Нельзя же ожидать, что люди будут действовать иначе, если кругом еще сохранились всякие ограничения военного времени. Незачем гнаться за двумя зайцами.

Джеральд. Да, но спекуляция еще процветает.

Эрнест. Надо предоставить предпринимателям самим выбрать путь. Чем больше вмешательства, тем хуже.

Алан. Хуже — для всех.

Эрнест (решительно). Да.

Алан (с несвойственной ему твердостью). Сомневаюсь в этом.

Эрнест (несколько резковато). Вы работаете в городской управе, верно ведь? Ну, так вот что я вам скажу: вы там не многому научитесь, чтобы разбираться в этих вещах.

Кей (с убийственной иронией). Послушайте, вы трое были, наверно, ужасно хороши в шараде, а?

Алан. Нет, не очень.

Кэрол (входя) О, они были — хуже не придумаешь. Нет, мистер Биверс, вы были уж: не так плохи, особенно для человека, который выступает в шараде в незнакомом доме.

Эрнест. Вот это благородно с вашей стороны, мисс Кэрол.

Кей (с живостью). Ну, теперь заключительная сцена. Это будет вечеринка в Америке, и мы не можем раздобыть никаких напитков. Для этой сцены нам незачем переодеваться. Нужно только хорошо сыграть. Джоан, скажи Мэдж, что и она должна участвовать. Только одни девушки — для пышного финала.

Джоан уходит.

Джеральд (снова в обычном своем виде). Нас, значит, прогнали?

Кей. Да. Вы не годитесь.

Джеральд. Тогда мы можем позволить себе выпить. Мы это заслужили. Будут потом танцы?

Кей. Может быть, после того как мама кончит петь.

Джеральд. Вы танцуете, Биверс?

Эрнест. Нет, некогда мне было этим заниматься.

Хейзел (громким, ясным голосом, многозначительно). Да, Джеральд, нам обязательно надо потанцевать.