Стук в дверь вывел Твердова из дрёмы. Он протёр глаза и потянулся к замку двери.
– Прошу прощения, сударь, – сказал возникший на пороге проводник в путейском мундире нового образца, в руках он держал записную книжку с карандашом, – вы в какую очередь обедать изволите?
– Да хоть в первую, – буркнул Твердов. – А что в этом поезде обедают по записи?
– Точно так, по записи, – кивнул проводник. – В нашем поезде всего один вагон-ресторан, пассажиров как водится изрядно, поэтому… дабы избежать нежелательных конфузий, как говорится…
– Понятно. Запишите в первую.
– Хорошо. Тогда в час по полудню, – проводник сделал пометку и закрыл дверь.
____________________
* С двадцатых годов у штурмгренадёр остались 'пехотные' звания, тогда как с момента своего появления в начале тридцатых небесные гренадёры переняли 'кавалеристские'. Переняли их в двадцатые и бронеходчики, чей род оружия одно время считался логическим развитием кавалерии в условиях механизации войны.
____________________
Без пяти минут до назначенного срока Твердов уже стоял у дверного зеркала, наводя последний лоск на мундире. Ещё раз окинул себя взглядом. Сапоги начищены до зеркального блеска, галифе отутюжены, благо в стенном платяном шкафчике нашлись зажимы для них, воротник-стоечка подшит свежим подворотничком, наградная лента 'За Испанию' с цветами испанского флага ровно под 45 градусов между второй и третьей пуговицами кителя, слева на груди значок члена СОРМ, на рукаве воздушно-гренадёрский шеврон нового образца, кобура строго по уставу на три кулака справа от пряжки портупеи, ножны казачьего бебута, положенного небесным гренадёрам вместо сабли, на портупее слева, на рукояти бебута знак Анны 4-й степени, она же 'Клюква', да красный темляк на крестовине. Всё. Готов предстать пред обществом и дамами.