– Целесообразно? – не зная, как подступиться к главно– му, спросил я.

– Не знаю, – хмуро признался Эдик. Удача, похоже, его покинула.

– Корнеев тебе звонил? – напрямик спросил я.

Эдик обвел взглядом выкрашенный зеленой масляной крас– кой коридор, мутные плафоны на потолке, и резонно спросил:

– Куда звонил?

– Десять минут назад! Сам слышал! – отчаянно сообщил я.

– Он спросил, правильно ли соединили, а ты сказал, что нет.

– Как он спросил?

Я напряг память.

– Ну… Примерно так: «Эдик, скажи, правильно соедини– ли?»

– И тот, кто взял трубку, ответил, что «нет», – закон– чил Эдик. – Что соединились вы неправильно…

Он снова нырнул в свои вычисления, а я, совершенно за– путавшись, пошел дальше. Итак, отвечал не Амперян.

Но совет оказался правильным, значит, отвечавший тоже был «удачливым»? Или же неправильным, просто мы еще не заме– тили последствий своей ошибки? А как заметишь, неизвестно, какими они могут быть! У дверей электронного зала смирно си– дел дубль Володи Почкина. Больше пока никого не было.

– Скажешь Володе, пусть сам придет, – грубо сказал я дублю. Корнеев всегда на меня так влияет. – Он мне пятерку уже неделю должен.

Дубль поднял на меня потрясенный взгляд и прошептал:

– Я не дубль. Я Володя. Могу пропуск показать, с фотог– рафией и печатью. А пятерку я после обеда занесу…

Было видно, что здоровяк Почкин пребывает в состоянии, близком к шоковому. Я схватился за голову. Потом схватил Во– лодю за плечи, затащил в зал, и стал отпаивать чаем с бу– тербродами – настоящими, из буфета, а не сотворенными маги– ческим образом. Попутно я пообещал ему рассчитать за сегодня все задачи, которые он принес еще неделю назад, а вечером взяться за написание программы для новых. Володя медленно приходил в себя. Видимо, еще никто и никогда не принимал его за дубля, так что с непривычки он был расстроен.