Откуда взялся этот старик? Этот забулдыга из Бауэри? И где тот приятный молодой человек, что входил в уборную в безупречном костюме? Неужто эта тварь как-то его осилила (и какое же гнусное оружие использовал немощный и вонючий старикашка, чтобы справиться со столь сильным и энергичным юношей)? Добрые Белокурые Феи Благотворительности так и застыли от ужаса, стоило им представить себе прелестного ясноглазого юношу лежащим в ванне, а голова его - о Господи Милосердный! - раскроена обломком ржавой трубы!

Старый обормот протянул дамам пиджак, брюки и все прочие предметы одежды молодого человека, пояснив при этом голосом лет на тридцать моложе своей внешности:

- Прошу прощения, леди, но мне это больше не понадобится. Продайте это, пожалуйста, тому, кто будет в этом нуждаться. - Голос молодого человека - из-под смрадной оболочки.

Потом он расплатился за купленные отрепья. Все дамы, совершенно ошалев от изумления, наблюдали, как он, прихрамывая, вытряхивается за дверь - на загаженную улочку - очередной бродяга, что вливается в ручеек заблудших душ, - ручеек, неизбежно становящийся потоком, рекой, океаном бесприютных ханыг - океаном, что в конце концов растекается по распивочным, лестничным клеткам и парковым скамейкам.

В Бауэри Ричард Беккер провел шесть недель - где только не сшивался в спальных мешках, на заброшенных товарных складах, в подвалах и канавах, на крышах многоквартирных домов. По уши в дерьме и унижении, он честно делил этот мир вместе со своими опустошенными собратьями.

Шесть недель он и вправду был самым настоящим бродягой - дошедшим до точки безнадежным алкашом с трясущимися руками, опухшей физиономией и недержанием мочи.

Шесть недель сложились одна к другой - и в понедельник седьмой недели - в первый же день пробы на роль в "Нежных мистериях" - Ричард Беккер прибыл в театр Мартина, где прошел прослушивание в том же самом одеянии, что было на нем все последнее время.