Он сидел, склонившись над столом, и сосредоточенно думал, думал, наверное, о том, сколь выгодной может оказаться эта необыкновенная сделка.

- Да, но зачем же мне их теперь переписывать, если они уже - есть? неожиданно спросил он, победоносно глядя на меня.

- Не стройте из себя ребенка. Издания есть, а рукописей нет. Получается, что пьесы возникли из ничего! Так не бывает! Нужно заполнить этот пробел. Дошло?

- Теперь вот - да! - торжественно кивнул Шекспир и поднялся с табурета. - Пока отец на ярмарке, пошли ко мне. Чего зря время-то терять?

Итак, все встало на свои места.

Я обучил будущего гения письму и чтению, преподал ему основы арифметики и затем, выбрав удачный момент, улизнул домой, в будущее, чтобы возвратиться с кипой книг - полным собранием сочинений Уильяма Шекспира.

В конце концов, рассуждал я, все делается честно.

Люди все равно не узнают, как было на самом деле - личность Шекспира всегда оставалась загадкой, может, именно по той причине, что столь невероятно складывалась его буйная карьера.

Какое дело потомкам до того, что некогда Шекспир слыл лоботрясом и бесцельно жаждал славы? Это, скажем так, дурные стороны его натуры.

Но ведь кое-кто из гениев других времен имел, в житейском понимании, и не такие недостатки - Вагнер, например, или Верлен...

Да мало ли!..

И тем не менее они остались жить в благодарной памяти потомков.

Потому что от великих людей, как ни крути, сохраняется только великое... Все остальное - прах...

Так что, решил я, все идет по правилам, как надо. И бояться ни к чему.

Первым делом, для затравки, я дал Шекспиру переписать несколько сонетов.

Наляпав несусветное количество ошибок, он с горем пополам справился с предложенной задачей, но остался искренне доволен.

- Готово, - пробурчал он, протягивая мне исчирканные листы.

- Ну, что же, в общем-то неплохо, - одобрил я. - Через годик так набьете руку, что сами потом удивитесь - до чего все просто!