- Ребята! Вы сегодня случайно не перегрелись на солнце? - Обеспокоено спросил я. - Дни стоят жаркие, знойные, получить солнечный удар ничего не стоит. Ну, а в общем... вы правы,... неплохо бы встряхнуться и причем хорошенько.

Словно бы в подтверждение моих слов где-то далеко за речкой и за лесом гулко ударил гром, заставив содрогнуться ночной воздух. Вторя ему с противоположной стороны неба, будто эхо бодро ответил его близкий родственник. Мы дружно подняли головы, удивленно взирая в ночное небо и пребывая в недоумении, кто же это посмел нарушить очарование мирно спящей природы.

- Гроза будет, - уверенно заявил Жорж. - Хотя немного странно, по всем наблюдениям ее быть не должно, тем более бабуля моя сегодня не жаловалась.

У Жоржа бабуля была живым индикатором погоды. Вернее не она сама, а ее левая нога, которую она в молодости по счастливой случайности как-то сильно, со знанием дела подвернула. И с этого момента, словно забыв о своей основной функции, нога с точностью до нескольких часов стала предсказывать любое изменение погоды, принося хозяйке неплохой доход. Каждый житель Захмыреновска без исключения игнорировал официальные прогнозы, транслируемые по центральному телевидению. Если кто-нибудь, вдруг затевал какое-либо мероприятие, и ему необходимо было знать, какие сюрпризы готовит погода в ближайшие день или два, он уверенно шел к жоржиной бабке и за умеренную плату получал необходимую и достоверную информацию. Но на этот раз народный барометр молчал, не предвещая ничего, даже легкого тумана, не говоря уже о таком грозном явлении природы, как гроза. Поэтому появление вестника надвигающейся грозы - грома - было более чем странно.

- Ну что ж, гроза - это в принципе не плохо, - многозначительно сказал я.

- В любой уважающей себя компании по этому поводу давно был бы уже провозглашен тост, - заплетающимся языком высказал Майкл свое отношение к происходящему.

Еще раз, снабдив горького пропойцу необходимым реквизитом для провозглашения тоста, мы продолжили с Жоржем наблюдение за разыгравшейся на небесном склоне драмой.