– Мы можем преспокойно сворачивать наблюдение и возвращаться домой, – добавил старый Ларихам.

Чета симбиари согласно кивнула.

– Разделяю ваш пессимизм, – невозмутимо откликнулся крондак. – И все же мы будем ждать решения Совета. Первая сброшенная бомба положила начало дебатам. Второй инцидент, о котором я безотлагательно доложу по телепатической связи, наверняка потребует вотума доверия нашему участию в земных делах.

– Как будто мы не знаем заранее, что решит Совет! – проворчал Адаластам. – Земля неминуемо вернется в после-атомный палеолит еще на пятьдесят круговращений. И это как минимум, учитывая невероятную социально-политическую недоразвитость людей.

– Как знать? – возразил Рими.

Он держал за руку свою соотечественницу, и в рубиновых глазах обоих стояли слезы сострадания. Но внезапно полтроянцы приободрились.

– Темпы их научного развития предугадать нельзя, – высказала свое мнение Пилти. – Равно как и агрессивность. Перед лицом такого варварства люди забывают мелкие разногласия, чтобы впервые в истории человечества дать отпор аморальным группировкам.

– Да, согласно этическим нормам галактики, они примитивны, – продолжал Рими. – Однако их недюжинный метапсихический потенциал не подлежит сомнению. Верно, Дока-Элу?

– Воистину, – подтвердил тот.

Распластанный гии вдруг зашевелился. Открыл глазища, поставив в уме прочный заслон неприятным резонансам.

– По-моему, еще рано сбрасывать Землю со счетов, – прохрипел он. – Вспомните, какая там облачность, какие океанические течения! А богатство несознательных. форм жизни… Птицы и бабочки! Морская флора и моллюски!