– А роботов у вас вообще за людей не считают, - печально молвил Митрошка, склоняясь над курящейся трещиной, чтобы взять пробу воздуха. - Чистая дискриминация. Как пахать, так пожалуйста, а во всем остальном…

Званцев его не слушал. Неожиданно вышел на связь Дом.

– Слушай, Званцев, - озабоченно сказал Дом. - Трясти начинает. Дрожь пока еле заметная, но мне все это не нравится. Вы бы возвращались, а?

– Это тебя от переизбытка энергии трясет, - отмахнулся Званцев. - у нас все нормально. Не веришь, можешь у Митрошки спросить.

– Ох, кто бы спросил Митрошку, - сказал робот, подхватывая контейнер. - Кто бы его спросил… Я бы ни на минуту в этой заднице матушки Земли не задержался бы. Дому не нравится. Надо же! А уж как мне-то, как мне-то не нравится!

– Что-нибудь необычное? - поинтересовался Званцев.

– Я бы не сказал, - робот выпрямился, готовый продолжить спуск. - Сера, ртуть, может, несколько увеличено содержание тяжелых металлов. Но вот предчувствие у меня…

– У тебя? Предчувствие? - удивился Званцев.

– Слушайте, - оборвал Дом. - Потом между собой поговорите. У меня тут два толчка отмечено по три с половиной балла. Вам это ни о чем не говорит?

– Ты-то чего суетишься? - вздохнул Званцев. - Ты и все двадцать выдержишь!

– Мне здесь не нравится, - повторил Дом. - Знаешь, Званцев, я бы сменил дислокацию. Но вот как подумаю, что вам обратно* в два раза дольше добираться будет, мне вас жалко становится. Митрошка железный, ему-то все равно, а ты ведь там на этих осыпях все ноги собьешь!

– Жалко ему, - без выражения сказал Митрошка. - Ну, будем спускаться или обратно пойдем?

– Слушай, Дом, - обратился Званцев. - Помнишь полянку в лесу? Ну, там, где речка дважды изгибается?

– Помню, - отозвался Дом. - Хорошее место. Но вам туда пилить и пилить!

– Ты туда перебирайся, - велел Званцев. - Я с некоторых пор к твоим тревогам серьезно относиться стал.

– Переберусь, - согласился Дом. - Я уже сваи поднимать стал. Только если рыбачки вчерашние появятся, я их не пущу. Ты слышал, Званцев?