— Иди работай. И скажи этой, как ее?…

— Даше?

— Ага. Пусть зайдет.

Людмила торопливо оделась. Ноги дрожали, в глазах стояли слезы. Ее унижали достаточно часто, но сегодняшний случай казался особенным. кое-как, нетвердыми руками, приведя себя в порядок, она выскользнула за дверь. А на немой вопрос подруги ответила:

— Лучше повеситься!

Вздохнув, Дарья поправила прическу и вышла из-за стойки.

Постучав в дверь «номера» и не дождавшись ответа, она ее чуть приоткрыла и просунула голову:

— Можно?

Стержень принимал душ и не слышал. Девушка зашла, постояла, раздумывая и осматриваясь. Дверь в душевую была закрыта неплотно. Даша видела, как Стержень, стоя к ней спиной, смывает шампунь с головы. На его мускулистой спине краснели пунктирные шрамы.

Даша ловко скинула юбочку и блузку, освободилась от кружевных черных трусиков. Подошла к креслу, на котором лежала одежда мужчины, и принялась укладывать свои вещи поверх его.

За этим занятием Стержень ее застал.

— Ты что делаешь, дура?

От его окрика она вздрогнула и уронила трусики на пол. Наклонилась, подняла. Сказала:

— Извините!

— А ну, быстро убери! У меня ж все провоняет твоими духами! Хочешь, чтобы меня за педика приняли? Вот дура безмозглая!

Она исправила ошибку. Стержень, вытирая волосы махровым полотенцем, подошел к ней вплотную. Оценивающим взглядом прошелся по телу девушки. Она стояла раскованно, смотрела без страха.

— А ты получше, чем Людка! — Стержень бросил полотенце и толкнул черноволосую на кровать. — Надо с тебя было начать!