- А истинная любовь бесконечна, - сказала она. Истинная любовь "долго терпит, не мыслит зла, все переносит и никогда не иссякает".

Он не мог остановиться: он должен был сделать первый шаг к ней, потом еще шаг; рев в голове становился все сильнее.

- Ты меня любишь? - спросил Бейли и собственный голос показался ему далеким и глухим. - Или я для тебя лишь очередное задание?

- Я люблю каждого человека, - проворковала она.

- И в постели тоже?

- О, Билли, любовь не совместима с ревностью. Любовь распределяется поровну. Я использую свое тело как один из способов, чтобы любить тебя в числе многих.

Он стоял в дверях ванной; он раскачивался - то поднимаясь на цыпочки, то опускаясь.

- Но я тебе не безразличен? - сорвался он на крик. - Я, взятый отдельно, и не потому, что я один из двуногих животных, а потому, что я это я!

Ее щеки не залил румянец смущения. Бейли вообще ни разу не видел, чтобы ее идеально кремовая кожа как-нибудь меняла цвет. Но ресницы Бирди задрожали, и она опустила глаза.

- Ну, - пробормотала она, - я иногда думала, что, если это может сделать тебя счастливым, мы могли бы пожениться, когда ты выздоровеешь. Какое благозвучное имя - Бирди Бейли - правда?

Его пронзительный крик выражал неизъяснимую муку; он выхватил из ее руки нож и стал наносить удары - один за другим.

- Пожалуйста, не делай этого, - сказала она. - Это ведь не проявление любви.

Бейли распорол ей живот. Борясь с темнотой, сгущающейся вокруг, мгновение он смотрел на провода, на транзисторы, термогенные выводы сверхпроводников, мощный аккумулятор. Он бы остановился, если бы уже не занес руку для очередного удара.

Нож распорол изоляцию кабеля. Произошло короткое замыкание. Ощущение тока было сродни ощущению ненависти - безупречно однородной, черной ненависти, скользящей по его телу, овладевающей им, сливающейся с ним в единое целое. Боль пришла со сбоем в работе сердца.