Уильям Бейли упал на Бирди; его тело дымилось.

Конечно, она просто машина, промелькнула мысль в последнем осколке его сознания, ни одно человеческое существо не могло бы так себя вести.

Потом сердце остановилось, и он умер.

Смерть пришла как ураган. Казалось, его выдувало ветром, кружило в вихре, бросало вверх и вниз, и снова вверх, в реве и свисте, в шуме чудовищного галопа. Он не знал, хлестал ли его ветер холодом или опалял жарой. Он об этом и не думал - его глаза ослепляли молнии, громом отзывался стук зубов.

"Глаза?" - промелькнула вспышка удивления. - "Зубы? Но я мертв.... Минутку. Одну минутку. Итого, сколько смертей уже было?

"Ноль, - считал Бог, - один, десять, одиннадцать, сто."

- Почему ты не даешь мне время подумать? - завопил он.

Сосредоточившись, он мог поддерживать определенное равновесие среди хаоса, окружавшего его. Он был Уильямом Бейли. Социологом. Психоневротиком. Окончившим свою жизнь в медицинском учреждении - три различные жизни в трех различных учреждениях, каждое из которых было таким же отвратительным, как и другие.

Зачем Моделирующее Устройство так поступает?

Да, его проблема была достаточно реальной. Психопатология становилась все более распространенным явлением. Общество как-то должно было с этим бороться.

Но ни одна из попыток этой борьбы не имела успеха. Да, действительно, не имела успеха. Убийственное безразличие; убийственная недоброжелательность; убийственная любовь. Но последняя, на самом деле, любовью и не была; в любом случае это была патологическая любовь. Она была ничем другим, как еще одним способом попытаться заставить людей вернуться к той же структуре, которая исковеркала их жизнь.

Ведь на самом деле любовь - это полное восприятие любимого человека, независимо от того прав он или не прав; регулирование своего поведения в соответствии с поведением того, кого ты любишь, а не корректировка его поведения с учетом своих взглядов; предоставление свободы любимому человеку и в тоже время готовность помочь в любую минуту.