"А коли так, где пределы человеческих возможностей? - думает Алик. - И кто их знает? Уж, конечно, не ученые мужи из маминого института..."

А мамин коллега, профессор Брыкин Никодим Серафимович, хитрый мужичок с ноготок, аккуратист и зануда, бывая в гостях у родителей Алика и слушая их споры, таинственно посмеивается, будто известно ему про мозг нечто такое, что поставит всю современную науку с ног на голову да еще развернет на сто восемьдесят градусов: не в ту сторону смотрите, уважаемые ученые.

Вот сейчас, во сне, Никодим Брыкин встречает Алика у массивных дверей института, берет за локоток, спрашивает шепотом:

- Хвоста не было?

Вопрос из детективов. Означает: не заметил ли Алик за собой слежки.

- Не было, - тоже шепотом отвечает Алик.

И они идут по пустым коридорам, и шаги их гулко гремят в тишине - так, что даже разговаривать не хочется, а хочется слушать эти шаги и проникаться высоким значением всего происходящего во сне.

- А почему никого нет? - опять-таки шепотом интересуется Алик.

- Воскресенье, - лаконично отвечает Брыкин, - выходной день у трудящихся, - а сам локоть Алика не отпускает, открывает одну из дверей в коридоре, подталкивает гостя. - Прошу вас, молодой человек.

Алик видит небольшой зал, уставленный непонятными приборами, на коих индикаторные лампочки, верньеры, тумблеры, кнопки и рубильники, циферблаты, шкалы, стрелки. И все они опутаны сетью цветных проводов в хлорвиниловой изоляции, которые соединяют приборы между собой, уходят куда-то в пол и потолок, переплетаются, расплетаются и заканчиваются у некоего шлема, подвешенного над креслом и похожего на парикмахерский фен-стационар. Кресло, в свою очередь, вызывает у Алика малоприятные аналогии с зубоврачебным эшафотом.

- Что здесь изучают? - вежливо спрашивает Алик.

- Здесь изучают трансцендентные инверсии мозговых синапсов в конвергенционно-инвариантном пространстве четырех измерений, - взволнованно говорит Брыкин.