Но ведь не ляпнула же! Впоследствии Илюша научил ее всем танцам (когда-то одна бестолковая дама сказала ей, что балерины из нее не выйдет, и с тех пор танцы ей мучительно не давались), он показал ей, как надо действовать, чтобы все всегда получалось (это называлось снять заклятие), но она его все равно терпеть не могла, даже когда танцевала с ним до упаду, и частенько подкалывала: "А когда вы с девушками знакомитесь, вы у них тоже мысли читаете?" - "Мысли читать невозможно, - оправдывался Илюша, читается только внутренняя речь. Вот у тебя сейчас вертится на языке, я и читаю: расклинатель! Расклинатель! А что, я в самом деле расклинатель. На всякое заклинание свое расклинание. Клин клином". После этого мама в шутку прозвала его дешифровщиком клинописи.

Провожая их в дорогу, мама несколько раз повторила: "Мне страшно". Папа успокаивал ее: "Не бойся, там не гибнут". - "Да, - сказала мама, - там не гибнут. Там сходят с ума, только и всего". Наконец машина скрылась за поворотом, мама побежала к терминалу и хотела дать команду записывать все текущие новости о катастрофе, но перепутала код. Чука очень удивилась и сделала все сама, только спросила: "На какое ключевое слово?" - "На Вывалень, - сказала мама. - Или нет, на Объект Вышка. Да что я, сделай и на то, и на другое. Извини, это у меня так, сейчас пройдет".

Чука запросила информарий про Вывалень. Оказалось, что это поселок. Относительно Объекта Вышка информарий данными не располагал. За ужином Чука сказала:

- Мам, ты не волнуйся. Это же близко. - Она имела в виду, что папа уехал не так уж далеко и скоро вернется.

- Вот именно, - сказала мама. - Все думают, это где-то не у нас, за тридевять земель, а это совсем рядом.

Мама была сама не своя, - должно быть, потому, что про Вывалень ничего не сообщали. Ни по одному каналу. В конце концов она сказала, что сбегает к Шумейкам, может, у них есть сведения. Но сведений не было ни у кого.