– Ах! Ах! Так вы коллекционируете кинозвезд, месье Бюрма?

– Да, уж, – произнес я.

– Конечно... (Рабастен вытащил несколько фотографий из конверта и протянул по одной каждому из нас). Вот шедевр Фреда.

– У нас тут у всех довольно идиотский вид, – заметил я, взглянув на отпечаток.

– Да, – согласился рыжий (он повернулся к своему коллеге). – Сегодня вечером состоится гала-премьера фильма "Хлеб, брошенный птицам" в кинотеатре "Голубая лента". С Люси Понсо. Кажется, это будет нечто сенсационное. Ты идешь?

– Еще не знаю, – ответил Ковет.

Поболтав еще минуту ни о чем, он снова перевел разговор на Денизу Фалез, и молодой человек сообщил нам все, что он знал о белокурой актрисе.

Так я узнал, что несколько месяцев тому назад она вдруг исчезла из поля зрения. Это было довольно таинственно. Болезнь? Может быть. Какого рода? Нервная депрессия – это присуще кинематографистам? Никто ничего не знал. Злопыхатели из корпорации утверждали, что она забеременела от Ломье и сделала аборт, так как заполучить ребенка от пузана – это уж никак нельзя было отнести к числу подвигов, которыми можно было бы гордиться даже в рекламных целях. Говорили также о жестоком разочаровании профессионального порядка. Однако, в общем и целом ничего определенного. Рабастен добавил, что не было никаких доказательств тому, что между Ломье и Денизой существовали какие-либо иные отношения, чем те, которые обычно имеют место между продюсером или режиссером и киноактрисой. Правда, Ломье не выставлял на всеобщее обозрение свою личную жизнь. Он жил отдельно от своей жены, но тем не менее продолжал находиться в законном браке с мегерой, которая только и ждала случая подать на развод и получить солидные алименты в лучших кинематографических традициях. Возвращаясь к Денизе Фалез, основные факты сводились к следующему: во-первых, она неожиданно отошла от дел; во-вторых, скрывалась в таком месте, которое ни одному журналисту не удалось обнаружить.