- Еще одна ваша шуточка...

- И вы наброситесь на меня, мне придется вам врезать, а вы вызовете патруль и упечете меня в тюрьму.

- Я этого не говорил. Но в этом городе такая болтовня навлечет на вас беду.

- Если из-за болтовни я попаду в беду, то буду драться, чтобы из нее выйти.

- Я имею в виду серьезные неприятности, - заметил он чуть спокойнее. - Может быть, вам лучше забыть обо всем этом деле.

- Так, как это сделали вы? Не пытаетесь ли вы напугать меня, как кто-то напугал вас?

- Никто меня не напугал! - крикнул он. - Убирайся!

- Значит, вам действительно нравится город в его нынешнем виде. Нравится быть большой второразрядной лягушкой в грязной луже.

Он молчал целых полминуты. Его лицо раз или два дернулось и стало спокойным. Наконец он сказал:

- Вы не знаете, о чем говорите. Когда у человека жена, дети, дом, за который надо платить...

- Вы хотите, чтобы ваши дети росли в таком месте, где полицейские - прохвосты и плуты? Вы хотите, чтобы они узнали, что их отец - такой же прохвост и неплохо устроился в этой компании? Странно, что вы не хотите очистить это место для своих же детей.

Горькая улыбка искривила уголки его губ.

- Я же сказал, вы не знаете, о чем говорите, Уэзер. Если этот город и превратился в помойку, то твой отец был не последним, кто приложил к этому руку.

- Что вы имеете в виду, черт возьми?!

- А то, что этот город впервые ощутил подлинный вкус коррупции, когда тридцать лет назад Дж. Д. привез сюда первые электронные игральные машины. Сначала он подкупил полицейских, чтобы они не выкинули из города его игральные автоматы. Затем он подкупил муниципальное правительство, чтобы оно не проводило чистку среди полицейских. И не называй меня лжецом, потому что я знаю, о чем говорю. Я получил свою долю.

Мне не хотелось этому верить, но это было похоже на правду. Внутри у меня что-то екнуло. Я всегда думал, что мой отец был самым порядочным мужчиной на американском Среднем Западе.