- Вполне понимаю вас, - сказал я, оглядываясь по сторонам.

Уже не было в зале старого дерева, исчезла и голова лося над дверью. Пол перестелили, на нем лежал ковер пастельных тонов. Лестница, покрытая эмалью под слоновую кость, казалась ненастоящей. Все было каким-то бледным и чересчур чистым.

- Вы жили в этом доме, не правда ли? - спросила она.

- Я как раз об этом думал. Теперь тут все иначе.

- Надеюсь, вы одобряете перемены. - Ее тон представлял собой искусную смесь надменности, кокетства и подхалимажа.

Голос заинтересовал меня. Низкий, сочный и сложный, слишком женственный для такой утонченной дамы. Я посмотрел ей в лицо и сказал:

- Здесь слишком многое изменилось, чтобы я мог сразу сделать какой-то вывод. Да и какое это имеет значение - одобряю я или нет?

Она повернулась на каблуках и направилась к двери в гостиную.

- Не хотите выпить что-нибудь? Нам есть о чем поговорить.

- Спасибо, - сказал я и последовал за ней.

Если ее груди и бедра были не накладные, то она обладала красивой фигуркой. Но даже если они и были накладными, то выручали ноги и походка. Одетая в темное шелковое платье, она двигалась с пластичностью, свойственной морским львам.

Когда мы сели друг против друга, я увидел, что ее лицо контрастировало с фигурой. Оно было красиво, но как бы обескровлено, что подчеркивалось алыми губами, и выглядело осунувшимся. Широко расставленные темные глаза, в которых застыла тревога, кажется, впитали и сосредоточили в себе всю энергию. Блестящие волосы нависали над бледным лицом и шеей.

Под моим взглядом она нервно улыбнулась.

- Ну что, вам уже удалось прикинуть мои размеры по методу Бертильона?..

- Извините. Естественно, что меня интересует последняя жена моего отца.

- Звучит не слишком галантно.