– Итак...

– Ты должен очистить галактику от Королевской крови раз и навсегда! И прежде всего избавиться во что бы то ни стало от этого юноши-короля.

– Снова убийство. – Роубс покачал головой, тяжело вздыхая. – Нет, подозрение падет на меня. Вы же знаете. И тогда мне крышка.

Абдиэль пошевелился. Блеснули иголки.

– Да сядь же рядом, Питер. Давай потолкуем, устраивайся поудобнее.

Роубс откинулся было назад, но массивный стол мешал ему. Он не отрываясь смотрел на старика.

Губы у него дрожали, по телу пробежал озноб.

– Нет, не сяду.

Глазами без век Абдиэль в упор смотрел на Питера. Он угрожающе наклонил безобразную, всю в узлах и шишках, голову, блеснув лысиной, покрытой морщинистой кожей.

– Ты отказываешь мне, Питер?

– Да! – рявкнул Роубс.

– Почему же?

– Вы знаете почему, – Роубс говорил лихорадочно, словно во хмелю или как человек, которого истязали пытками, и терпение его иссякло. – В самом начале я был чист. У меня не было никаких дурных мыслей. Мои намерения... да вы, Абдиэль, знали, какие у меня были намерения... Я верил в свой народ, в демократию. Я верил в собственные силы! – Он остановился, переводя дыхание. – А теперь посмотрите на меня. Благодаря вам я погряз в дерьме. В крови и преступлениях. Это вы, – Роубс ткнул в старика трясущимся пальцем, – вы, Абдиэль, толкнули меня в бездну греха и затягиваете все глубже и глубже. Все началось со лжи. Просто небольшой лжи. Потом наступил черед взятке, которая помогла сокрыть ложь. Затем снова ложь, чтобы утаить эту взятку, а потом – еще одна взятка. Вы оплели меня сетью, как паук, и тащите вниз.

А потом эта ночь Революции. Убийство короля, уничтожение Стражей, разрушение храмов! Это все вы совершили. Я и не подозревал об этом!