Пошел дождь, и Марго ниже надвинула капюшон форменной куртки.

- Я могу возвращаться домой с работы несколькими дорогами, - продолжала она. - Обычно я выбираю ту, что идет по мосту через Брокс. Ты знаешь этот район: узкие улицы, высокие красивые дома. Но сегодня вечером я пошла мимо Лордглен-Хаус, который всегда напоминает мне о тебе - тот бал, что давали в честь... - Ее смех искрился словно звездный свет. - Надо же, забыла. В общем, в честь кого-то ужасно важного. Но главное - там был ты; правда, дождаться конца бала тебе так и не удалось. Бедненький Вилф! Надеюсь только, моя постель была тебе хоть каким-то утешением...

Она вдруг покраснела.

- Мне кажется, что Гол'ридж написал свою "Ристобель" обо мне: такой, какая я была в ту ночь - в нашу ночь. Помнишь?

Перед тобой, под взором нежным,

Я молча сбросила одежды.

Упали шелковые ткани...

Я слышала твое дыханье.

О милый!

Все мои движенья

Любовным дышат предвкушеньем,

И тело, в ожиданьи страсти,

Уже сдается сладкой власти

Твоей любви, огня и силы...

Приди ж на грудь мою, мой милый.

Все время, пока послание длилось на мониторе, Брим не переставал поражаться тому, что эта юная дама из высшего света - к тому же героиня войны - влюблена в него. Разумеется, она не принадлежала ему всецело. Положение в обществе накладывает определенные ограничения, и принцессе Эффервик предстояло вскоре исполнить свой долг, заключив политически важный брак с Почетным коммандером Роганом Ла-Карном, бароном Торондским. Точную дату их бракосочетания - имевшего честь состояться по личной инициативе Императора Грейффина IV - должны были объявить вот-вот.

И хотя Брим понимал - ему придется смириться с мыслью об этом браке, он давно уже оставил надежду забыть, что Ла-Карн тоже разделит ложе с Марго пусть даже между ними нет никакой любви. Принцесса всегда давала Бриму ясно понять это. Например, теперь, сочинив в тиши своих посольских апартаментов послание столь эротическое, что он весь вспотел и едва не задохнулся.