Лошак фыркнул, словно пытаясь выдохнуть из замороченной головы спутавшиеся мысли.

– Не вполне понимаю, ну и пусть. Так вы говорите, заблудились?

Колючий рассказал про путешествие на шаре и драматическую посадку. Жеребчика так захватила история отважных путешественников, что он даже перестал жевать траву.

– Я просто обязан вам помочь! - постановил Иржи.

– Почему?! - удивился Вонючка Сэм.

– Ваше путешествие произвело на меня впечатление. Вы ввосьмером проделали то, на что никто до вас не отваживался. Было бы странно оставаться в стороне, когда на твоих глазах происходит столь крупное историческое событие.

Колючий внутренне усмехнулся: «Тоже мне, историческое событие! Четверо циркачей собрались по домам, а еще четыре тамбовских валенка так им помогли, что и сами оказались на шаре. Я бы назвал это крупной исторической глупостью, а не событием».

Скунс подумал примерно то же. У них с ежом было много похожего.

– И как же ты нам поможешь, Иржи? - спросил Колючий.

– Я вас довезу.

– Круто! - Обрадовавшийся Сэм начал присматриваться, как бы залезть на спину жеребчика.

– Постой, - нахмурился еж. - А ты разве не домашний?

Конек опустил голову и переступил с ноги на ногу, будто стесняясь.

– Да уж известно, не дикий. Видишь повод?

Еж и скунс только сейчас разглядели, что Иржи привязан длинной веревкой, конец которой терялся где-то в траве.

– Вот, пасусь тут. По периметру. Вечером хозяин придет, отведет в стойло… А там все надо мной ржут, даже коровы, - решился на откровенность жеребчик.

– Почему? - не удержался Колючий.

– Долгая история, - мотнул головой конек. - А завтра - снова сюда до вечера. И так всю дорогу. Скучно, панове.

Сэм деловито зашагал вдоль повода. Колючий спохватился и побежал вслед за другом.

– Не боись, пан Тырпыржацкий, мы тебя развяжем.