— Дебрен? О чем он?

— Ни о чем, — отрезал магун. — Беспалицевый шок. Кончай болтать, Збрхл, смотри лучше. От нас кровью на милю несет, пес его знает, кого этот запах еще может притянуть.

— Ты чувствуешь, как кровь?.. — Ленда беспокойно заерзала в седле, покраснела. По правде-то, она слишком озябла, чтобы на ее лице даже при дневном свете можно было заметить что-нибудь, кроме слабенького румянца, но для того, чтобы возвратить глазам нормальное зрение, требовалось гораздо больше времени, чем на заклинание, и Дебрен по-прежнему видел не то, что следовало. К тому же нечетко: степень цветоделения упала на целый порядок, и мир, приятно цветной, выглядел так, будто смотришь сквозь оконную пленку.

— Э-э-э… я воспользовался метафорой. — Дебрен чувствовал, что она не поверила. — И книжным знанием. Где-то я читал, что маленькую рану этакий, к примеру, высыс издалека…

— Мэтр, — прервала она официальным тоном, — не могли бы мы перекинуться парой слов наедине?

— Нет. — У сложностей со зрением была та положительная сторона, что он не видел ее лица. И смог позволить себе небольшую бестактность.

— Но я настаиваю, — сказала она с упором.

— Поболтаем, когда сыщется краешек крыши над головой.

— А если не сыщется? До самой смерти будем искать, так, что ли?

— Ну, может, коня поймаем. Тебя пересадим, удалимся втроем — ты, я и конь — и поговорим в сторонке. Сколько захочешь. Разве что и присутствие коня тебе мешает? Тогда разговор должен быть кратким, потому что не думаю, чтобы ты долго ухитрилась на ветке висеть. Хоть и не в силке.

— На ветке? — заинтересовался, кажется, от лица всех, Збрхл. Но зубы ощерил только он. — Хе-хе… Что-то мне видится, нам и впрямь надо как можно скорее на передых встать. Потому что вам здорово приспичило. Обоим. — Дебрен и Ленда разом раскрыли рты, однако он не дал им слова вымолвить. — Не конфузьтесь, голубочки, никакой это не срам.