— Латами, — тихо сказал Дебрен, — не зубами. — Он слез с коня, кинул вожжи удивленному ротмистру. — Не нравится мне этот мост, но никуда не денешься: другого поблизости не видать. Подождите здесь. Я гляну, посканирую.

— Почему н-не д-денешься? — Чем больше Ленда старалась унять дрожь, тем хуже это у нее получалось. — Три дня по без-д-дорожью, вот и…

— Во-первых, коза, три дня назад ты была крепкой, а сейчас ты дохлятина, у которой сил нет сопли толком вытереть. — У Дебрена мелькнула мысль, что Ленда даже слабее, чем он думал: она не ответила Збрхлу ни ударом ножа, ни ругательством, ни даже злым взглядом. И не пыталась дотянуться до носа. Облепленная снегом от капюшона до лаптей, она сейчас казалась маленькой, хрупкой девочкой. — Во-вторых же, что еще важнее, перед нами добротный морвацкий мост, и я только из присущей мне порядочности подожду, пока Дебрен обследует его палочкой. Я и без обстукивания знаю, что он простоит еще лет пятьсот, даже если по нему будут разгуливать драконы. У нас не Лелония, у нас мосты ставят так, чтобы на них человек чувствовал себя безопасно и комфортно. Как сейчас буду чувствовать себя я.

— Значит, ты не боишься? А как же беспалицевый шок? — заинтересовался Генза.

— Сколько раз тебе повторять, цеп дурной, что в бумагах черным по белому написано: посттравматический. Приписку о палице медик сделал внизу только потому, что орденский казначей не разбирался в медицине и до него никак не доходило, что можно получить сотрясение, не отхватив палицей по башке.

— И добавки за раны не хотел платить? — догадался Дебрен.

— И это тоже. — Збрхл сплюнул в сугроб. — Хоть, по правде, думал-то я о том, как бы вторую полуроту таким дурным способом не потерять. Потому что, видишь ли, командор, сучий помет, уперся, чтобы по соседнему мосту на другой берег ползти. А кого хотел впереди послать? Нас! Потому как, говорит, вы, господин Збрхл, в десантных операциях дока.