Но и тут дубам не повезло. Издавна в дубовых рощах ежики жили. Ребята они были простые, безобидные, и дубам особо не вредили, разве что осенью молодыми желудями подкармливались. Но с тех пор, как на дубах умные желуди вызревать начали, и ежики понемногу начали умнеть, хотя до пней по уму дотянуться так и не сумели. Дубы на такое безобразие смотреть спокойно, конечно же, не могли. Шутка ли, растишь потомство, растишь, каждый желудь наперечет, а тут какой-то ежик его раз — и на обед схрупал… Но к тому времени, желудей умных наевшись, ежики тоже научились с дубами мыслями обмениваться. Поговорили тогда пни с ежиками по душам, и договорились. Пока дуб молодой, желуди у него тоже мелкие да не шибко умные, так пусть ежики ими и пользуются. За это обещали ежики умные желуди, что на старых дубах растут, собирать и в хорошие места пересаживать.
Только дубы с облегчением вздохнули, тут новая беда навалилась — росянки обнаглели. Что за росянки? Обыкновенный хищный кустарник. Они на упавших дубовых стволах поселялись, да потихоньку ими питались. А чтобы стволы трухлявились поскорее, поливали в кончиков листьев своим соком, потому их росянками и прозвали. Санитары леса, да и только. Всем от этого польза была — и желудям место освобождалось, и гнили в лесу было меньше.
Несчастье подкралось незаметно. Съели росянки как-то весной по случаю несколько пней, что от зимней спячки еще толком проснуться не успели. Заползали по их кустам мысли, и начали они кое-то соображать. только сосредоточиться-то на кусте мыслям негде, поумнеть росянки вроде бы и поумнели, а потребности старые остались — лишь бы пожрать, да побольше. Пни им, очевидно, повкуснее стволов показались, только как до пня добраться?