Память избирательна по природе своей и ужасная оптимистка. Она старается как можно дольше и отчетливей сохранить следы прекрасных моментов жизни и побыстрее уничтожить воспоминания о неприятных эпизодах или, по крайней мере, сделать их менее красочными, схематично-информационными. Однако на все нужно время! Человеку требуются месяцы, чтобы забыть то, что его напугало, и годы, чтобы смириться с потерей близких; морроны же способны свыкнуться с утратой в течение нескольких дней и позабыть подробности совершенных ими злодеяний уже через пару часов. Штелер этого не знал, и это оказалось для него приятным сюрпризом.

Лежа на траве и глядя на затянутое тучами вечернее небо, бывший комендант Гердосского гарнизона дивился огромному пробелу в воспоминаниях о событиях, произошедших буквально только что, каких-то жалких три-четыре часа назад. Он отчетливо помнил, как начинался этот день: как он брел по дороге, а затем свернул в лес; как обнаружил стоянку разбойников и как на него напала юная мастерица маскировки и охотничьего ножа. Он не забыл, как почуял Зов и как тяжко далось ему решение откликнуться на него; а после воплощения в жизнь сурового приговора как долго он смывал пятна свежей крови с одежды и рук. Он помнил все, даже дорогу, по которой вышел на эту небольшую лесную поляну, где утомленный тут же заснул. Но вот сам бой, сама схватка с шайкой, словно птичка, выпорхнула из клетки его сознания. О том, что это был не жуткий сон и расправа все же имела место в действительности, полковнику теперь напоминали лишь ноющая грудь, ломота в мышцах да неотмывшиеся пятна крови на верном посохе и одежде.