Сил не было больше глядеть на эти страсти. Попрощался я с белым светом и зажмурился крепко-накрепко, потому как, вроде и не так страшно, не видя-то...

Стою, жду смерти, и тут слышу: "А ну, мерзавец, говори по честному, если жить не надоело: кто какие и что делали в Спящих Дубравах?"

"Ничего, - говорю, - не делали, и никаких таких Дубрав не знаем. Купцы мы, бурей нас сюда вынесло", - а сам глаз на всякий случай не открываю...

Оно опять засмеялось. Ну, думаю, амба! Сейчас и меня окаменит да по ветру пустит. Ан нет, насмеялось чудище и говорит: "Ладно, червяк, уж больно ты жалок, стыдно о такого руки марать. Как окажешься в Большом мире, расскажи всем: я - Френгис, Верховный Лесничий Спящих Дубрав, и кто в лес мой заповедный сунется, тотчас с жизнью расстанется."

И не знаю, что уж этот Лесник там сделал, а только отключился я.

"Спящие Дубравы... Где-то я уже слышал это название... - пронеслось в моей голове. - Только вот где? У-у, проклятая "Отрава"!.."

Меж тем драматическая история подходила к концу:

- Очнулся я от того, что кто-то меня за ногу тянет. Открываю глаза мать честная! - лежу, мокрый до нитки, на берегу моря, солнышко светит, невдалеке вроде как город, а рядом со мной стоит дед какой-то и за ногу меня держит. "Извини, - говорит, - милок, думал, утоп ты, хотел сапоги снять, уж больно добрые". "Где я?" - спрашиваю. "Известно где, Трейси энто". "А какой день-год сейчас?" Старикан так и закатился: "Ну, соколик, и набрался же ты, однако!"

Короче, оказалось, что только пять дней, как мы с братцем отплыли. Я сначала разрыдался: понял, что спасен, а потом... - человек в хламиде вновь приник к кубку, а когда вновь заговорил, язык его уже изрядно заплетался:

- Потом... А что же потом? Вот ты - з-забыл вконец... Да ну и ладно!